Главная > Статьи

  • Российский фарфор
    • Русский фарфор: уроки Востока
    • Юсуповский фарфор: фарфор завода Н.Б.Юсупова
    • Фарфор Игоря Клименкова: Klimenkoff и Far4
    • Фарфор Леонида Никитина
    • Фарфор Миклашевского (Волокитино)
    • Новости фарфоровых заводов России
    • Фарфор завода Попова (Горбуново)
    • Фарфор Гарднера (Вербилки)
    • Императорский фарфор ИФЗ
      • Интервью Г.В.Цветковой к 265-летию ИФЗ
      • Возвращение легенды.

        • Возвращение легенды. К 265-летию Императорского фарфорового завода. Стр. 15-46. СПб. Изд. «Пропилеи». 2009

        Размышления о возрождении славных традиций первого фарфорового завода России.

        Галина Цветкова, Председатель Наблюдательного совета ОАО «Императорский фарфоровый завод».

        - В дни празднования 300-летия Санкт-Петербурга Президент России В.В.Путин устроил торжественный прием для глав зарубежных государств и их супруг в Большом Тронном зале Петергофского дворца. Все великолепие – от исторического интерьера до изысканной сервировки столов, - достойное державинской оды, не могло не произвести сильного впечатления на высоких гостей. По рассказу очевидца, некоторые жены президентов, бросив беглый, но цепкий взгляд на столы, стали придирчиво разглядывать фарфор. А затем, в нарушение всех правил этикета, первые леди переворачивали стоящие перед ними тарелки, чтобы посмотреть клеймо. Их лица выражали целую гамму эмоций – от интереса, восхищения до удивления! Клеймо было не английским, не немецким и не чешским даже. Марка была российская, а точнее – Вашего завода. Потом они интересовались, можно ли подобные вещи купить. Галина Викторовна, что Вы скажете об этом?
        - Если фарфор красивый и заинтересовал меня, я бы сделала то же самое: посмотрела клеймо на тарелке. Что, кстати, нередко со мной и случается. А если серьезно, мы выиграли тендер Кремля на поставку фарфора в правительственные резиденции к юбилею Петербурга. На заводе в короткий срок были изготовлены парадные сервизы для торжественных приемов в честь юбилея города.

        - Справедливость восторжествовала?! Создание парадных сервизов для торжественных приемов всегда, на протяжении столетий, было прерогативой первого фарфорового завода России, начиная с Собственного сервиза, изготовленного Д.И.Виноградовым для императрицы Елизаветы Петровны. Потом были роскошные ансамбли с настольными украшениями времен Екатерины Великой, знаменитый Гурьевский (Русский) сервиз – шедевр эпохи Александра I, Кремлевский сервиз, которым накрывали столы в исключительно торжественных случаях: во время коронационных торжеств…
        - Да, у завода богатые традиции и большой опыт в создании подобных вещей. И в советское время здесь изготавливали парадные сервизы для Георгиевского и Екатерининского залов Кремля. И даже для резиденции Патриарха к 1000-летнему юбилею крещения Руси. К юбилею Петербурга все было не так просто. С одной стороны, нас поджимали сроки, а с другой – мы столкнулись с мощным лоббированием наших конкурентов, которые заранее готовились к этому юбилею. И одно дело, предложить к просмотру авторские образцы, другое – еще изготовить тысячи(!) предметов с безупречным качеством.

        - Какой же сервиз вызвал столь бурные эмоции на этом приеме?
        - Мы подсчитали, что исторически обоснованным и стилистически соответствующим месту приема и высочайшему уровню гостей должен быть сервиз на императорской форме. Восстановили форму сервиза, подаренного императором Николаем I своей супруге, императрице Александре Федоровне для петергофского дворца Коттедж. Кстати, оригинал великолепно представлен в экспозиции этого дворца. Декор сервиза разработала главный художник завода Неля Петрова. Роспись была сделана с учетом новой российской символики и убранства интерьера Большого Тронного зала. Сервиз получился очень торжественным и эффектным. Столь же эффектен сервиз в ее росписи для приема в Тронном зале Екатерининского дворца в Царском Селе, где был устроен прием для более широкого круга лиц: на триста с лишним персон. Серебристо-серый с золотом декор гармонировал с убранством зала, а деликатно выведенная в роспись бирюзовая линия напоминала об изысканном фасаде Екатерининского дворца. И, что удивительно, совершенно иначе стала восприниматься традиционная для советской эпохи форма парадного сервиза, созданная такими знаменитыми мастерами, как А.Лепорская и С.Яковлева. Если Вы помните, в дни празднования юбилея Петербурга, на берегу Финского залива, во дворце Монплезир, сохранившем дух Петровской эпохи, состоялась еще и чайная церемония с участием глав государств и их жен. Гости пили чай из сервиза «Классика Петербурга». Художник завода Галина Шуляк создала удивительный сервиз-ансамбль, в котором современная стилистика росписи органично вписалась в петровский дворец. На сервизных предметах она поместила почти все знаменитые архитектурные памятники классического Петербурга. Думаю, что любой из этих сервизов мог вызвать неподдельный интерес. Конечно, большую роль здесь сыграли национальные традиции, творческий опыт и художественное мастерство.
        Но и это не все. Мы поставили сервизы для приема во Дворце Конгрессов – Константиновском дворце в Стрельне, для двадцати его коттеджей и для приема президентов стран СНГ, который проходил на корабле с поэтическим названием «Серебряный шепот». Они были изготовлены на современной европейской форме с различными видами декора, включая рельефные платиновые и золотые орнаменты.

        - Неужели высокопоставленные гости уехали с юбилея без подарков?
        - Обо всех подарках мне говорить сложно. Но в рамках юбилейного заказа мы изготовили более тысячи подарков, а точнее памятных сувениров. Это были тонкие, изысканные вещи из нашего костяного фарфора: чашечки с панорамными видами набережных Невы в росписи художника Любови Цветковой и «тет-а-тет» с известными архитектурными памятниками Петербурга в росписи Нели Петровой. Мне кажется, выбор был сделан очень удачно, с тактичной петербургской интеллигентностью.

        - Через 15 лет продукция российского завода вновь оказалась востребованной на государственном уровне. Завод вернул себе высокий статус «Поставщик Кремля».
        - Это была наша первая большая победа на пути возрождения Императорского, тогда еще Ломоносовского, фарфорового завода. Согласитесь, это как раз тот случай, когда за державу нашу уже не было обидно.

        - А раньше? Может быть, это как раз и повлияло на Ваше решение стать мажоритарным акционером и полностью контролировать деятельность предприятия? Галина Викторовна, расскажите, пожалуйста, как получилось, что именно старейший в России Ломоносовский фарфоровый завод впервые, пожалуй, за всю свою многовековую историю стал частью семейного бизнеса, собственностью семьи Галины и Николая Цветковых?
         - Фарфором я увлеклась случайно. Нужно было обустраивать новую квартиру, в которую переехала наша семья. В поисках чего-то необычного и оригинального я однажды забрела в антикварный салон. Увидела вазу и, знаете, как бывает, сразу поняла: это как раз то, что я искала. Ваза с заснеженным зимним пейзажем, с тонущими в розоватом от мороза мареве обнаженными деревьями и кустами, среди которых застыли перед прыжком такие грациозные серые волки. Среди других вещей ваза выделялась необычной техникой живописи, где белый фарфор сливался с белым снегом. Динамичный сюжет по всей округлой поверхности вазы как бы приоткрывал тайну тишины и покоя зимнего леса. Ваза была изготовлена в 1906 году на Императорском фарфоровом заводе. Позднее я узнала, что ваза была исполнена в сложной и редкой технике подглазурной живописи. Она великолепно вписалась в интерьер нашей гостиной. Потом понадобилась ей пара, потом еще… Многие в те годы увлекались западным и, в основном, авангардным, искусством. Я «заболела» русским фарфором и стала коллекционировать вазы Императорского завода эпохи модерна. Известный скульптор Иван Ефимов, страстно увлекшийся фарфором, поделился своей мыслью, как ему казалось, когда грустно, достаточно погладить хорошее блюдце, чтобы стало веселее. Мне такую радость доставляли мои вазы, я была просто очарована ими. Стала собирать информацию о фарфоре, изучать историю предприятия. При первой возможности посетила завод, с которого и началось мое знакомство с Петербургом.

        - Когда это произошло?
        - Случилось это в начале лета 2000 года. Да, тогда я первый раз в жизни приехала в Петербург. И сразу попросила организовать мне экскурсию на Ломоносовский фарфоровый завод, в заводской музей. В то время коллектив завода пребывал в состоянии перманентного конфликта и бесконечных судебных разбирательств с иностранными инвесторами. В его орбиту были включены и депутаты Госдумы, и члены правительства, многие известные люди. Тогда это широко освещалось прессой.

        - Разве что самый ленивый журналист не писал о положении дел на заводе. Все обсуждали судьбу «национального достояния», оказавшегося в руках иностранцев, и ситуацию с бесценной музейной коллекцией. И кто мог предположить тогда, что всего одна(!) акция, полученная работником завода при создании закрытого акционерного общества и подаренная на сторону, приведет в итоге к смене собственника. Что визит к городским властям американского посла перевесит все доводы личного обращения к губернатору академика Дмитрия Сергеевича Лихачева, выступившего в защиту этого знакового для отечественной истории и культуры предприятия. Тогда всех охватило какое-то поголовное безумие: «запад нам поможет», всемогущий доллар обеспечит райскую жизнь. Де-факто завод оказался в собственности американских фондов и нескольких оффшорных компаний. А в Министерстве культуры РФ решали судьбу бесценной музейной коллекции, которая не была, в отличие от завода, приватизирована. И в этот момент Вы попадаете на завод…
        - Доступа в музей не было, но за меня похлопотали. Впечатления удивительные! И восторг, и тревога, и обида, если хотите. Вся история России, начиная с середины XVIII века, прошла передо мной в фарфоре. После спокойной, величественной красоты фарфора в императорском зале с парадными сервизами, ампирными вазами, бюстами императоров, картинами, белыми воздушными цветами и любимыми мною подглазурными вазами эпохи Николая II небольшая передышка при переходе в другой зал, и вдруг снова столько эмоций! Ты смотришь на фарфор, а он тебе в ответ словно вызов бросает: «Ум не терпит неволи», «Кто не работает, тот не ест», «Борьба родит героев», «Вся власть Советам», «Земля – трудящимся», «На помощь голодающему населению Поволжья», «Победа трудящихся» и еще много-много лозунгов на тарелках в двух больших витринах с революционными матросами, крестьянами, рабочими. Лозунги и цветы. Цветы и знамена. Все так ярко, броско, красочно и очень эмоционально.

        - Что Вам запомнилось или понравилось больше всего?
        - Больше всего меня покорила сотрудница музея, я запомнила такое редкое и красивое имя Муза, Муза Федоровна. Позже, уже от других, я узнала, что Муза Федоровна Изотова работает на заводе с 1944 года. Еще война не закончилась, как привела ее сюда родная тетя, художница Анна Яцкевич, автор знаменитой «кобальтовой сетки»! Помню, в зале советского фарфора мы пробыли гораздо дольше, чем в предыдущем. И все на одном дыхании. Она так трепетно, с такой любовью рассказывала об экспонатах, о замечательных, выдающихся мастерах фарфора, как любящая мать говорит о своих талантливых детях, которыми гордится и в которых видит весь смысл своей жизни: Н.Суетине, А.Лепорской, А.Воробьевском, И.Ризниче, В.Городецком, С.Яковлевой… Н.Славина, дед которой еще до революции работал на заводе и здесь же работали ее родители, пришла на завод с группой художников послевоенного выпуска мухинского училища и стала академиком Российской Академии художеств, главным художником завода. Я услышала о том, как работы Инны Олевской расширили представление о современном фарфоре. Как искали свой творческий почерк Татьяна Афанасьева и Неля Петрова, Галина Шуляк и Сергей Соколов. Как трагически, в расцвете лет, оборвалась жизнь талантливейшего Андрея Ларионова. Перед Музой Федоровной прошли четыре, нет, пять поколений художников завода, весь цвет создателей русского советского фарфора. Она рассказывала о том, с каким интересом общалась с художниками Екатерина Фурцева, будучи министром культуры СССР, каким простым и общительным оказался Леонид Ильич Брежнев во время его визита на завод. А Раиса Максимовна Горбачева все время говорила: «Ах, какой замечательный фарфор!», делая почему-то ударение в слове «фарфор» на первом слоге, и заказала для Михаила Сергеевича Горбачева бокал с росписью его любимых цветов – анютиных глазок. Я узнала, как благосклонно относился к заводу первый мэр Петербурга Анатолий Собчак, называя ЛФЗ «лицом города». У меня голова шла кругом от полученной информации. Это была самая удивительная экскурсия в моей жизни! В действительность из фарфоровой сказки меня вернули большие, ставшие вдруг печальными и потухшими глаза Музы Федоровны. «Извините, - сказала она, прощаясь, - что не приглашаю прийти к нам еще раз. Мы не знаем, что будет с музеем завтра. Ходят упорные слухи, что коллекцию куда-то вывезут. Чужие люди пришли на завод. Безразличные к нашей культуре. Сердце болит». Уходила я с двойственным чувством. Прекрасные вещи теснились в старых витринах, как будто им не хватало воздуха. Отвалившиеся куски потолка и желтые потеки от протечек на стенах действовали удручающе. А тут еще в вестибюле, на выходе, на глаза попалась такая черная трещина. Она нагло пересекала пол и упиралась в стену. Как жирная черта, разделившая вчерашний и сегодняшний дни завода, подумала я.

        - И в тот момент Вы приняли историческое решение?
        - Нет, тогда я еще ничего не решила. Но мысль о заводе запала в душу, постоянно будоражила меня. Я поделилась с семьей. Время шло. Страсти вокруг завода поутихли, но не прекратились. Сколько можно обсуждать? Надо же что-то делать? И мы на семейном совете приняли решение: выкупить у американских фондов контрольный пакет акций общества. Тогда, на наш взгляд, это было единственно правильное решение, позволившее вывести завод из этой ситуации и изменить его дальнейшую судьбу цивилизованным путем. Инициатором сделки выступила моя семья. Мы не думали о престиже, была лишь озабоченность дальнейшей судьбой уникального предприятия.

        - Можно только приветствовать такой мужественный гражданский поступок, ставший образцом социальной ответственности и нравственности современного бизнеса. В то время, когда весь, практически, крупный российский бизнес выводил капитал за границу, приобретая там земли, замки, яхты, клубы.., Вы вкладываете свои деньги в российский завод, находящийся далеко не в лучшем состоянии, хотя и овеянный былой славой, но на тот момент окутанный скандальными историями. Кстати, как, по-Вашему, отнесся коллектив завода к смене собственника?
        - Насколько я знаю, реакция была позитивной. К моменту нашего прихода завод возглавлял иностранец, нанятый инвесторами. Он был специалистом по фарфору, но не говорил по-русски. При нем всегда была переводчица. И выстраивать отношения в коллективе, особенно с внешним миром, как Вы понимаете, было весьма затруднительно.

        - Галина Викторовна, как мажоритарный акционер, Вы возглавили Наблюдательный совет ОАО «Ломоносовский фарфоровый завод» и каковы были Ваши первые действия в должности его Председателя?
        - Может показаться странным, но первым крупным инвестиционным проектом после приобретения завода стала полная реконструкция музейных площадей и вестибюля административного корпуса. Когда решалась судьба музейной коллекции, еще при иностранных инвесторах, не секрет, что городское правительство во главе с губернатором В.А.Яковлевым приняло постановление о передаче коллекции Русскому музею с вывозом музейных фондов в Строгановский дворец, на Невском проспекте. Фарфор начали упаковывать…

        - Поразительно, но подобный прецедент, связанный с музеем, был в истории завода. В годы войны и ленинградской блокады производство и музейная коллекция были эвакуированы в глубокий тыл, на Урал. Там, в Ирбите, и пережил тяжелые годы хрупкий бесценный фарфор. Но после окончания войны, когда жизнь на заводе стала налаживаться и коллекция вернулась в Ленинград, в Москве было принято решение также о передаче ее в Русский музей. Ведущие художники завода во главе с Н.М.Суетиным включились в борьбу за сохранение коллекции на ЛФЗ. На положительное решение этого вопроса большое влияние оказала знаменитый советский скульптор В.И.Мухина. Она была членом художественного совета на заводе и создала здесь несколько замечательных фарфоровых скульптур. Ей удалось убедить чиновников в том, что уникальное собрание фарфора, представляющее национальное достояние, не может существовать вне стен завода, где музей был основан и постоянно пополнялся произведениями заводских скульпторов и художников. На протяжении более полутора столетий музей оставался связующим звеном между прошлым и будущим русского художественного фарфора, был школой мастерства и источником вдохновения для каждого последующего поколения его создателей.
        - Прекрасно понимал это директор Государственного Эрмитажа М.Б.Пиотровский. Он предложил замечательный вариант, который устроил все конфликтующие стороны. А высочайший авторитет Михаила Борисовича позволил воплотить его в жизнь. Коллекция фарфора осталась на заводе и перешла под патронат Государственного Эрмитажа, который на базе коллекции организовал свой новый Отдел – «Музей фарфорового завода». Его возглавила хранитель русского фарфора Эрмитажа Тамара Васильевна Кудрявцева. Сегодня я вспоминаю этого человека с чувством глубокой благодарности. Она была не только признанным специалистом в своем деле, она искренне любила фарфор и очень сильно переживала за судьбу завода, изначально отстаивая его интересы.  С ее помощью мы смогли осуществить целый ряд великолепных проектов. Тогда мы быстро нашли общий язык и стали не только единомышленниками, но и подружились. И, как я уже говорила, возрождение завода мы начали с полной реконструкции помещений музея. Все старейшие европейские мануфактуры гордятся своими музеями: и Майсен, и Севр, и Херенд, и Копенгагенская королевская мануфактура.
        22 декабря 2003 года плоды наших совместных усилий увенчались открытием, по сути, новым рождением «Музея фарфорового завода». Открытие проходило торжественно и публично. Тогда я передала Михаилу Борисовичу Пиотровскому символический ключ от музея, специально изготовленный из фарфора в честь этого знаменательного события. Спустя без малого сто лет заводской музей вновь стал общедоступным, а Петербург получил великолепный подарок под занавес уходящего юбилейного года. По старой заводской традиции мы освятили отреставрированные помещения музея. Обряд освящения проводил протоиерей Михаил Мокрополов, настоятель Андреевского собора, одного из старейших храмов в городе, получившего от императрицы Елизаветы Петровны статус собора в 1744 году, в год основания завода.

        - Успешно стартовав в юбилейном для Петербурга году, завод продолжает уверенно обретать свой исторический статус. Вы – завод – поставляете фарфор для оформления интерьеров во время проведения саммита G8, проводите мастер-класс для первых леди, выполняете крупный заказ для саммита Россия-ЕС в Самаре и встречи глав государств ЕврАзеС в Сочи, делаете сувениры для участников Международного экономического форума – петербургского Давоса… В 2006 году Императорский фарфоровый завод становится лауреатом национальной премии «Компания года» в номинации «Возрождение отрасли». А годом ранее Вы вдруг решаете сменить название «Ломоносовский» на «Императорский». Почему?
        - Мы не сменили, а вернули заводу его историческое название, под которым Императорский фарфоровый завод существовал более 150 лет.

        - Все-таки удивительная судьба у первого фарфорового завода России. В то время как старейшие мануфактуры Европы с момента своего основания остаются до сих пор при своем имени, российская история периодически диктует свои условия. В 1765 году Екатерина II своим указом повышает статус Невской порцелиновой мануфактуры, дает производству новое название – Императорский фарфоровый завод. И ставит перед ним задачу: делать вещи достойные, со вкусом и чтобы «всю Россию фарфором удовольствовать». А сама при этом становится первым менеджером по продажам: она едет на коронацию в Москву и берет с собой изделия завода, чтобы «продвинуть» фарфор на российский рынок. С этим названием завод существует вплоть до 1918 года, меняется только клеймо, отображая периоды правления сменяющих друг друга представителей Дома Романовых. При советской власти, после национализации, естественно, предприятие становится Государственным фарфоровым заводом и с 1925 года носит имя М.В.Ломоносова. Большевики ставят задачу: превратить бывшее придворное заведение, обслуживавшее, в основном, императорский двор, в «испытательную керамическую лабораторию республиканского значения», где слились бы воедино научно-техническое и художественное творчество…
        - Тогда новая художественная мысль, новые творческие силы создают здесь абсолютно новый, поразивший весь мир агитационный и авангардный фарфор.

        - Это самая известная, но всего лишь десятая часть деятельности завода. Представьте, что это единственный в России завод, выпускающий на тот момент высоковольтные и автосвечные изоляторы, химическую и лабораторную посуду, пирометрические приборы. Здесь изготавливают искусственные зубы и глазные протезы… Здесь впервые в России получают оптическое стекло и до 1970-х годов выполняют заказы оборонной и космической промышленности. Не производство же бытового фарфора пришлось эвакуировать в глубокий тыл, когда враг был у ворот города. В 1944 году советское правительство в связи с 200-летием первого фарфорового производства в России награждает фарфоровый завод имени М.В.Ломоносова орденом Трудового Красного Знамени. Если Вы обратили внимание, в тексте Указа о награждении говорится «за достижения в области развития производства технических изделий для нужд обороны страны» и только потом – «высокохудожественного фарфора».
        - Признаюсь, не обратила. Хотя и держала папку с указом в руках. Однако этот приоритет нисколько не умаляет достижений завода в создании художественного фарфора. Именно в стенах завода создается новый советский фарфор. И до, и после войны изделия завода выставляются на крупнейших международных и отечественных выставках, а художники получают самые высокие награды. Да, завод технически перевооружается, в разы увеличивается выпуск продукции, но при этом сохраняется преемственность в творчестве, сохраняются, пусть и в небольших дозах, традиции высочайшего мастерства и уникальных технологий. Сохраняются, по большому счету, школа и стиль. Мы имеем богатейшее историческое и культурное наследие работы с фарфором.
        Сегодня в мире существует всего несколько фарфоровых производств, выпускающих уникальные вещи из фарфора сродни предметам искусства, как правило, ручной работы; потребность в подобных вещах с годами только возрастает. В то же время посуда повседневного спроса сходит с конвейеров на тысячах заводов, пополняя и без того уже перенасыщенный рынок. Сегодня, при всем своем желании, мы не можем конкурировать с тем же недорогим китайским фарфором, заполонившим прилавки, с сохранившимися отечественными производителями. Даже в советское время себестоимость изделия завода всегда была высокой в отрасли.

        - Но и фарфор был самым красивым и дефицитным. Сервизы ЛФЗ стояли на самом видном месте в серванте, хозяйки вынимали их для гостей по большим праздникам.
        - Вот и я говорю, фарфор должен быть красивым, праздничным, украшением нашей жизни. Эта наша, российская традиция. Такой хрупкий и нежный материал, как фарфор, может быть камерной, сугубо личной вещью и может в своих эпохальных произведениях выражать силу и могущество государства, которые определяются не только военной силой и богатыми недрами, но и культурой и традициями. Современную стратегию развития предприятия мы разрабатывали с учетом увеличения выпуска элитарного и подарочного фарфора, фарфора для коллекционеров, а также с учетом выполнения престижных государственных и корпоративных заказов. И задачи, которые сегодня должен решать завод, подобны тем, что стояли перед Императорским фарфоровым заводом в эпоху высочайшего заказа. Частью этой стратегии явилось и возвращение заводу его исторического названия, и создание нового бренда для позиционирования себя в высоком сегменте продаж… И чтобы избавиться от досадного недоразумения: чтобы Ломоносовский завод не искали в городе Ломоносове.

        - ?!
        - Когда Ленинград вновь стал Петербургом, а завод акционировали, для сохранения марки ЛФЗ акционерное общество назвали «Ломоносовским фарфоровым заводом». С тех пор и идет эта путаница.

        - Галина Викторовна, кто определяет стратегические планы и занимается их реализацией?
        - Основные, главные решения по развитию завода, так же как и вопросы об инвестициях, принимаются акционерами. Я, кроме этого, принимаю участие в проведении художественных советов и коммерческих комитетов. Стараюсь не пропускать ни одно корпоративное мероприятие. Когда мы пришли на завод, оперативное управление предприятием, что вполне логично, доверили известному нашей семье человеку, владеющими современными методами управления, Николаю Николаевичу Гордееву. Он подобрал команду управленцев и начал руководить заводом, реализуя поставленные задачи. Первые годы нельзя назвать легкими. Многое приходилось начинать с нуля, завод, по большому счету, только начинал адаптироваться в современных рыночных отношениях. И при этом мы постоянно натыкались на целый комплекс проблем, доставшихся нам в наследство. Первый этап нашей адаптации на заводе и поиски ИФЗ своей ниши в современной России завершился. Смею надеяться, что мы выбрали правильную стратегию. И чтобы дальше воплощать наши планы, связанные, в основном, с внутризаводской жизнью, я рекомендовала на должность генерального директора Татьяну Александровну Тылевич. Татьяна Александровна – кандидат экономических наук, прекрасно ориентируется в условиях современного ведения бизнеса, долгое время работает на заводе и хорошо знает его болевые точки, знает людей, на которых можно опереться.

        - Насколько известно, это второй случай в истории завода, когда им руководит женщина?
        - Да, это так. Мне доводилось много слышать о легендарной Зинаиде Игнатьевне Метелице. Она успешно руководила заводом более 20 лет. И, как мне кажется, она была целеустремленным руководителем, человеком своего времени на своем месте и смогла максимально реализовать себя. Думаю, что это назначение положит начало еще одной славной традиции в истории завода.

        - В связи с возвращением заводу его исторического названия изменилась ли структура предприятия?
        - Сегодня служение высоким целям, на которые изначально был ориентирован завод, связано с его деятельностью в условиях рыночной экономики. Закрепление на рынке Lux-индустрии повлекло за собой и структурное изменения в системе продаж. Возродив традицию работы на заказ, мы создали крупное подразделение специальных проектов, работающее по заказам в самом широком диапазоне. Это может быть нанесенная монограмма на сервизе либо чашке от частного лица или логотип фирмы. Это может быть репрезентативная ваза с портретной, архитектурно-пейзажной, цветочной росписью, парадный сервиз для государственных приемов и для резиденции крупной компании либо историческая копия уникального произведения из коллекции Эрмитажа. Посмотрите, какой великолепный сервиз создала по заказу известной нефтяной компании «ЛУКОЙЛ» Татьяна Афанасьева. Такая прозаическая и, казалось бы, далекая от воплощения в фарфоре тема нефти. А какой красивый сервиз получился: очень эмоциональный, декоративный и торжественный. Это же шедевр декоративно-прикладного искусства. Сервиз был отмечен художественным советом и, по просьбе Эрмитажа, авторский экземпляр передан в дар музею. Для престижного подарка к юбилею воссоединения Башкирии и России по заказу ФК «УРАЛСИБ» мы повторили скульптуры башкира и башкирки из знаменитой серии «Народы России» П. Каменского начала XX века. Ее делали к 300-летию Дома Романовых. По заказу Мариинского театра к юбилею маэстро Валерия Гергиева изготовили памятный сувенир – чашечку из костяного фарфора художника Ольги Беловой-Вебер с росписью по мотивам знаменитого театрального занавеса Мариинки. Мы открыты для самых разных заказов, и это дает нам хороший стимул в работе. Среди наших заказчиков определилась целая группа, скажем так, серьезных клиентов, по достоинству оценивших наш отечественный фарфор. Ввели систему продаж через Интернет. Мы отдали приоритет прямым продажам через фирменные магазины «Императорский фарфор» в Петербурге и Москве, открыли новые магазины и довели до надлежащего уровня существующие. Когда открывали магазин на Кутузовском проспекте, в Москву приехали наши художники, пришло много интересных гостей. И мне было приятно услышать от президента Академии художеств Зураба Церетели  сравнение нашего нового магазина с музеем, но, в отличие от музея, здесь все можно купить. Нами реализованы франчайзинговые проекты по открытию новых точек класса «бутик» во Франции, Японии, Эстонии, Южной Корее, Малайзии, а недавно «Императорский фарфор» открылся в Калининграде. Уже сегодня мы реализуем через розницу более 50% своей продукции. В наших магазинах можно оформить заказ и отправить покупку в любой город мира. Этой услугой нередко пользуются зарубежные гости Санкт-Петербурга.

        - Галина Викторовна, это правда, что Вы покупаете фарфор в своих магазинах через кассу?
        - Правда. Правда и то, что, покупая, ворчу иногда, как рядовой обыватель, на высокие цены. Но есть вещи, которые можно купить только в наших магазинах.

        - И не пользуетесь своими привилегиями?
        - Как и всем работникам нашего завода, мне дают скидку.

        - Знатоки фарфора утверждают, что хороший фарфор определяют на ощупь, считают также, что настоящий фарфор излучает волну, совпадающую по длине с волнами человека. Он обладает живым цветом с едва заметным глазу оттенком в противовес ослепительно белому, но мертвому материалу. И, еще, настоящий фарфор обязательно должен нести в себе черты стиля. Чем, на Ваш взгляд, фарфор Императорского завода отличается от немецкого фарфора, скажем, или английского, где он также существует сотни лет?
        - Чем, по вашему мнению, отличается русский от немца или немец от англичанина? Вероятно, чертами характера, ментальностью, национальными традициями, историей, наконец… Так же и фарфор. Наш фарфор более декоративен, он эмоциональнее и образнее, он вобрал в себя все культурное богатейшее наследие Петербурга и стал его неотъемлемой частью. Его объединяет стиль петербургской школы при всем многообразии индивидуального авторского почерка в искусстве. Наш фарфор и сегодня создают художники и скульпторы в отличие от компьютерных, как правило, дизайнерских разработок на западе. И копируют авторские образцы также вручную, когда вместе с мастерством передается и эмоциональный заряд, и позитивная энергия, излучающая теплую волну. Мистика?! Но именно это было присуще русскому художественному фарфору, за это его ценили и продолжают ценить. Посмотрите на нашу анималистику. Все эти фигурки зверей, птиц и животных уникальны в своем образном воплощении, каждая из них со своим эмоциональным окрасом. Они отличаются от изделий других производителей. Как живое существо отличается от, пусть даже идеального, манекена в витрине. Их создавали выдающиеся художники-анималисты И.И.Ризнич, Б.Я.Воробьев, П.П.Веселов, работы которых завоевывали высокие награды на международных выставках. Вот, к примеру, в 1958 году на Всемирной выставке в Брюсселе, где завод удостоился золотой медали, была отмечена высокой наградой скульптура Бориса Воробьева «Пантера». А на Международной керамической выставке в Праге, кажется в 1969 году, скульптура тогда еще молодого Павла Веселова «Гепарды» получила серебряную медаль, уступив золото мировой знаменитости – Пабло Пикассо. Давно уже наша анималистика – предмет коллекционирования. Ею увлекаются и дети, и серьезные люди. Сегодня в этом направлении продолжает работать скульптор Марина Никольская, создавая удивительно добрые и притягательные образы анималистической скульптуры.

        - Но, согласитесь, с анималистикой, даже самой очаровательной, на государственный уровень не выйти…
        - Это лишь пример сохранения традиционной для нашего завода технологии ручного производства анималистической скульптуры из так называемого мягкого фарфора. Уже 40 лет завод выпускает изделия из костяного тонкостенного фарфора. Уникальная технология разработана специалистами Императорского фарфорового завода. Такой фарфор больше никто не производит!

        Читать продолжение интервью Г.В.Цветковой

        На Главную

      • Интервью Г.В.Цветковой (продолжение)
      • Фарфор ГФЗ
      • Фарфор ЛФЗ
      • Фарфор ИФЗ в XVIII веке
      • Фарфор ИФЗ в I половине XIX века
      • Фарфор ИФЗ во II половине XIX в.
      • Фарфор ИФЗ конца XIX - начала XX века
      • The Russian Imperial Porcelain by IPM
      • Фарфор ИФЗ в нашем ассортименте
      • Архив новостей фарфор ИФЗ
    • Фарфор Виктории Смирновой
    • Золотой век русского фарфора и стекла
    • Фарфор Дулево
    • Батенинский фарфор: фарфор завода Батениных
    • Корниловский фарфор: фарфор завода Корниловых
    • Фарфор мастерской Елены Сауриной
  • Зарубежный фарфор
  • фарфор
  • Сервировка стола
  • Фарфор - и наши праздники
  • Новости
  • Информация о проекте
  • Старинные советы
  • Советский фарфор

Создание сайта
Дизайн-студия X-Project

(с) 2005-2011, ООО «АФК»